Открыть оглавление

X. Следы войныПоследствия осады

Серов В. Мы Ленинград отстояли.

Что было бы
С Европой ныне,
И шар земной
Каким он был?
Без Ленинграда и Хатыни,
Без нашей боли
И могил.
И могил.Ю. Воронов

4 января 1942 г., в разгар первой блокадной зимы, когда ежедневно умирало до 3 тыс. человек, власти Ленинграда приняли, казалось бы, несвоевременное решение. Своим постановлением бюро горкома ВКП(б) и горисполком обязали руководителей всех предприятий и учреждений, независимо от ведомственного подчинения, организовать «полный учет разрушений и аварий, вызванных условиями военного времени». Ежемесячно соответствующие данные следовало передавать в Ленинградскую городскую плановую комиссию (Ленплан), где составлялись сводные отчеты. При этом речь шла исключительно о материальных потерях, вопрос о сотрудниках, ставших жертвами блокады, не поднимался. Выполнение постановления шло медленно. В январе 1943 г. председатель Ленплана Н.А. Манаков докладывал в горком (Я.Ф. Капустину), что необходимые сведения не представили многие городские управления: автотранспортное, жилищное, по делам искусств, коммунального хозяйства и др. Из 300 предприятий города, пострадавших от вражеских налетов и обстрелов, отчеты прислали только 107, причем не ответили на неоднократные напоминания такие производственные гиганты как Кировский, Балтийский заводы.

Попытки установить численность погибшего населения предпринимались медиками и демографами Ленинграда, в частности Научно-методическим бюро санитарной статистики, которое еще в июле 1942 г. предложило составить санитарно-демографический обзор за первый военный год. Однако инициатива медиков не была поддержана. Только к маю 1943 г. Городскому управлению статистики удалось составить и послать в Москву стандартный отчет о естественном движении (количество родившихся, умерших, число браков, разводов и т.д.) населения Ленинграда за 1942 г.

Весной 1943 г. сбором сведений об ущербе от военных действий занялась Ленинградская городская комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников. Положение о комиссии было утверждено горисполкомом 3 мая, она состояла из пяти отделов по учету ущерба, причиненного: городскому хозяйству (руководитель отдела П.С. Попков); государственной и местной промышленности и транспорту (Б.П. Страупе); научным, культурным, лечебным учреждениям и утвари религиозных культов (Н.В. Баранов); торговым, кооперативным и общественным организациям (П.Н. Кубаткин); гражданам (Е.Т. Федорова). Председателем комиссии стал второй секретарь горкома А.А. Кузнецов. В районах города были созданы районные комиссии численностью от 5 до 12 человек. Основные задачи комиссий были сформулированы на объединенном заседании 6 мая 1943 г.: определить ущерб, нанесенный гражданам, размер ущерба учреждений и организаций, установить личности немецко-фашистских преступников. Работа комиссий должны быть гласной, но «полученные акты и материалы должны быть засекречены».

В сборе необходимых сведений комиссии помогали до 30 тыс. человек, были составлены сотни актов по учреждениям, организациям и предприятиям наркоматов и ведомств, а также около 200 тысяч актов по заявлениям отдельных граждан. Одновременно были оформлены 39 альбомов с многочисленными фотографиями, свидетельствующими о жизни и потерях блокадного города.

Вопрос об учете всех случаев гибели ленинградцев от артобстрелов, бомбардировок и голода был поставлен значительно позднее. 18 января 1945 г. горисполком принял решение: «Просить начальника УНКВД ЛО дать указания районным загсам о предоставлении…списков на граждан, погибших в результате вражеской блокады города». Тогда же был утвержден образец списка. К маю они были подготовлены во всех районах города, и 25 мая составлен общегородской акт с приложением обобщенных сведений о численности жертв (док. № 228). Сорок с лишним томов именных списков погибших в годы войны хранятся в ЦГА СПб (док. № 229).

Сводный акт Ленинградской городской комиссии был подготовлен к маю 1945 г. (док. № 227), в декабре того же года он (в сокращенном виде, но с добавлением фотографий) был опубликован, однако сведения о числе умерших ленинградцев долгое время оставались секретными.